Как кур во щи (попасть) или в ощип
rss

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites


Куда же попал кур?

Один из главных поводов для сомнения в «ловушечном» варианте — наличие целой серии диалектных выражений именно о петухе, попадающем в какое-либо месиво или плетиво, и о различных живых существах (от петуха до мухи и таракана), попадающих в кипяток или какую-либо похлебку.


Вот несколько оборотов первого рода: новг. запутался как петух в коноплях (в пакле); пол. wplątał się jak kokosz w zgrzebie; болг. обьрквам се (объркам се) като пате в решето, заплел се кото петел в калчище; с.-х. заплео се као пиле у кучине. Ср. также лит. kaip višta


І pakulas 'как курица в паклю (попал)'; латыш, sapinies ká vista pakulâs 'запутался как курица в пакле'; вепс, kadoi kana kapkehe 'запутался как курица в кудели' и фр. être comme un coq en pâte 'быть как петух в тесте'.


Эти обороты показывают, что и нашим куром во щах мог быть все-таки не лесной тетерев, а обычный домашний петух. Непонятно, правда, как он тогда попал в ловушку для диких птиц. Попасть в паклю, кудель или в тесто — гораздо более для него оправданно.


Вторая группа выражений дает и достаточно большую «пищевую» модель попадания кура: яросл. втрепался как кур во щи; ирк. попасть как таракан в борщ; новг. попал как гусь в кашу; укр. впав в біду як курка в борщ, впав як курка у сирбавку, впав як котя в борщ, попав як ворона в юшку, улізти як півень в юшку, попасти як муха в окріп (т. е. кипяток), заліз як муха в патоку (в сметану), прилип як муха до смоли и т. п. В пользу такого же толкования говорят и свободные сочетания, не получившие переосмысления, и шутливые пословицы: Таракан во щи втрепался; Дичь во щах, а все тараканы; Волк попал в капкан, муха вощи; И гуся на свадьбу тащат, да вощи.


Для научной аргументации верности той или иной версии, как мы уже неоднократно видели, эффективной является структурно-семантическая модель и обилие вариантов того или иного выражения. В случае с куром во щах она, эта модель, однако, не одна. Получается своеобразное скрещение двух моделей: «попал + птица + в ловушку = попал в беду» и «попал + птица + в жидкое и горячее блюдо = попал в беду».


Какая из них для нашего выражения исходна—трудно судить. Объединяет их, правда, сама идея ловушки, какого-то опасного пространства, куда попадает наш кур. Вот почему можно предположить, что «ловушечная» модель как более активная и универсальная все-таки предшествовала «пищевой» как более конкретной и узкой по распространению.


В любом же случае — то, что писателем Б. Тимофеевым выдавалось за единственно правильное, становится абсолютно неверным. Ни о каком «ощипывании» нашего кура речи быть не может.


Следовательно, «неправильное» давно уже — и совершенно оправданно — обрело в русском литературном языке статус правильного и продолжает жить своей собственной жизнью, как бы его ни истолковывали историки языка. Живет, несмотря на то, что некоторые авторы и редакторы, поверив в «правильность» толкования Б. H. Тимофеева, поспешили скорректировать напиг сание этого оборота. Так, в очерке М. Блок «Жила-была школа», помещенном в «Ленинградской правде» 20 апреля 1972 г., он приводился именно в новой редакции:


«Осенью 1969 года директором назначили Людмилу Ивановну Ткаченко. Вот при ней-то в составе учителей и произошли резкие изменения, большая группа не смогла сработаться с новым директором. Но, может быть, человек, как кур в ощип, попал в окружение склочников, которые покинули школу из личных, корыстных соображений? О, нет. Это учителя по призванию...»


К сожалению, подобная «кодификация» коснулась и некоторых весьма солидных фольклорных публикаций. В последнем сводном сборнике русских народных пословиц и поговорок под редакцией В. П. Аникина, например, наш оборот выведен именно в форме Попал, как кур в ощип (РПП, 260). Выведен, хотя такой формы до появления книги ленинградского писателя о «правильном» написании поговорки не зафиксировал ни один фольклорист. Так стремление к правильности может привести к неправильности.


Такие «коррективы», однако, уже не могут изменить традиции. Не случайно все наши авторитетные словари, включая и новейший Малый академический, узаконивают именно традиционную форму — попал, как кур во щи. Она действительно отражает широко распространенное — пусть и несколько «осовремененное», но вполне «правильное»—восприятие этой древней народной поговорки.


« Какой у кого бзик?
» Что подносят на блюдечке с голубой каемочкой?