Лезть на рожон, какого рожна, значение
rss

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites


Что такое рожон

Какого именно рожна?



«Одну сотрудницу издательство "Наука" волнует вопрос: "Какого тебе еще рожна?" В "Русской речи" печатались заметки "Лезть на рожон", "Рог изобилия". Так что же такое рожон? Может быть, Вас заинтересует такая тема?»
Из письма В. В. Касаркина 10 февраля 1986 г.

Интерес к значению слова рожон в вопросительном восклицании - Какого тебе еще рожна? - понятен. Каждый говорящий ощущает его тесную связь с известной ему экспрессивной фразеологической моделью: Какого черта? Какого беса? Какого дьявола? Какого шута? почему, зачем, для чего, к чему? Но эта связь явно предполагает у слова рожон мифологическое значение 'черт, чему противоречит традиционная ассоциация восклицания о рожне с другим оборотом - переть на рожон, где рожон, как известно, - заостренный кол, с которым некогда охотились на медведя. Расшифровка же «Какого кола?» кажется нелогичной и бессмысленной, ибо вступает в противоречие с упомянутой фразеологической моделью.


Расшифровка же «Какого кола?» кажется нелогичной и бессмысленной, ибо вступает в противоречие с упомянутой фразеологической моделью.


Любопытна попытка разрешить это противоречие в одном из диалогов героев романа И. А. Гончарова «Обрыв»:



« - Здоров, умен, имение есть... Чего еще: рожна, что ли? надо? - Что это значит, рожон? - А то, что человек не чувствует счастья, коли нет рожна... Надо его ударить бревном по голове, тогда он и узнает, что счастье было, и какое оно плохонькое ни есть, а все лучше бревна».

Здесь рожон, с одной стороны, выступает в своем конкретно-вещественном значении, с другой - превращается в своеобразный символ - удар судьбы, роковое испытание, без которого человек не может в полной мере ощутить своего счастья.


Надо сказать, что такое истолкование имеет свой резон не только в конкретно-символическом контексте произведения И. А. Гончарова, но и в истории взаимодействия структуры и семантики русских оборотов со словом рожон - лезть на рожон и переть на рожон (против рожна), с одной стороны, и Какого рожна? На какой рожон? и ни рожна - с другой. Употребление И. А. Гончарова опирается на один из таких оборотов - Рожна, что ли (надо, не хватает)?, который употреблялся в просторечии XIX в. и отражен писателями:



«От дяди отделился, имеешь теперь свой капитал, рожна, что ли, тебе еще?» (П. И. Мельннков-Печерскнй. На горах); «Господи! Да рожна, что ли, ему надобно? - невольно спрашиваете вы себя» (M. Е. Салтыков-Щедрин. Письма о провинции).

Действительно, значение 'заостренный кол' как будто логично подставляется в оборот Рожна, что ли, надо?, который по общей тональности напоминает выражение беситься с жиру. При ближайшем рассмотрении, однако, легко увидеть, что такая расшифровка навеяна ассоциацией с рожном из сочетаний лезть на ро жон и переть против рожна. С языковой же точки зрения оборот" Рожна, что ли, надо? - «усеченный» или, точнее, синтаксически перифразированный вариант более употребительного оборота Какого рожна? А он, как уже говорилось, «уводит» в целый ряд русских фразеологизмов, образованных по мифологической модели.


Итак, связаны ли общей смысловой нитью два рожна, вошедшие в состав русских выражений, или же решительно разобщены?


Нужно сказать, что соответствующие фразеологизмы различаются не только смыслом и структурой, но и широтой распространения, а следовательно, и хронологией образования. Обороты лезть на рожон и переть против рожна известны славянским языкам очень давно (ср. ст.-сл. противьрожна прати и его точные языковые параллели в древнегреческом и латыни). Обороты же Какого рожна? На какой рожон? и ни рожна - чисто русские: их нет даже в близкородственных украинском и белорусском языках (в последнем оно является явным русизмом).


Анализ контекстуального употребления оборота Какого рожна? в языке и XIX, и XX в., и в наше время обнаруживает его полную семантическую аналогичность мифолого-фразеологическому раду оборотов типа Какого черта (беса, лешего, шута и т. п.)?


Употребляясь со словами надо, недостает, не хватает и т. п., оборот Какого рожна?, как показано во «Фразеологическом словаре русского языка» под редакцией А. И. Молоткова, имеет значение 'Что еще нужно, хочется и т. п.':



«"Вы-то что? Вам какого еще рожна недостает?" - сердилась мать... "Маменька! Что такое? Так только на горничных можно кричать"» (Г. Успенский. Нравы Растеряевой улицы);
«Улита Прохоровна: Вон, к вам Хрюков идет. Какого ему еще рожна нужно!» (А. Н. Островский. Шутники);
«Какого же еще рожна надо ген. Трепову?» (В. И. Ленин. Среди газет и журналов); «Чего же мне еще, какого рожна? Сыт, обут, одет - и слава богу» (С. Каронин. Снизу вверх); «И чего она хочет от меня?.. Люблю ее, как прежде. Нет, больше, чем прежде. Какого рожна ей надо?» (Ю. Крымов. Инженер).

Без таких слов-сопроводителей значение оборота еще более обобщено - 'Чего, зачем, для чего, почему?', что также соответствует семантическим закономерностям именно мифологической модели:

Без таких слов-сопроводителей значение оборота еще более обобщено - 'Чего, зачем, для чего, почему?', что также соответствует семантическим закономерностям именно мифологической модели:

«Ну какого, спрашивается, рожна он торчал на мостике и нас с собой держал?» (А. Н. Степанов. Порт-Артур); « - Черт знает, - нахлобучивая шляпу на глаза, чтоб не палило солнце, раздраженно бросает фельдмаршал свите. - Где ж неприятель? Какого же рожна он не идет?.. Трусит?» (В. Я. Шишков. Емельяи Пугачев).

Важно, что и другие структурные варианты перекликаются именно с мифологической моделью: Для какого рожна? (ср. Для какого черта?), На какой (кой)рожон? (ср. На какой (кой) черт?), С какого рожна? (ср. С какого черта?), орл. один рожон (ср. один черт) и т. п. Такие варианты свидетельствуют о речевой стихии* в которой возникли эти грубовато-просторечные выражения:

Важно, что и другие структурные варианты перекликаются именно с мифологической моделью: Для какого рожна? (ср. Для какого черта?), На какой (кой)рожон? (ср. На какой (кой) черт?), С какого рожна? (ср. С какого черта?), орл. один рожон (ср. один черт) и т. п. Такие варианты свидетельствуют о речевой стихии* в которой возникли эти грубовато-просторечные выражения:

«Ананий Яковлев: Я, может, и хуже того на что пойду! для какого рожна беречь себя стану?..» (А. Ф. Писемский. Горькая судьбина);
«На какой рожон ты деньги копишь?» (Г. Успеиский. Разоренье); « - На верхней койке, - равнодушно ответил Семен... - обед оставлен, перекуси, скоро тебе заступать. - Мне на вахту? С какого рожна? - Бич вывалился из койки, в одном нижнем белье выскочил на палубу» (В. Кукушкин. Коиец Семки Бича).

Широкие мифологические параллели имеет и выражение ни рожна (не понял, не смыслит) 'абсолютно ничего' - ср. ни черта, ни лешего, ни шиша, ни беса и т. п. Оно известно в орловских, московских и тульских диалектах: «Ей ни рожна не делается»; «Этой ни рожна - она одна живет» (СРНГ 21,214).

Широкие мифологические параллели имеет и выражение ни рожна (не понял, не смыслит) 'абсолютно ничего' - ср. ни черта, ни лешего, ни шиша, ни беса и т. п. Оно известно в орловских, московских и тульских диалектах: «Ей ни рожна не делается»; «Этой ни рожна - она одна живет» (СРНГ 21,214).

Показательно, что некоторые писатели «проявляют» это мифологическое содержание слова рожон в контекстах. Так, у Серафимовича оборот с этим словом как бы синонимизируется с выражением Какого черта нужно?, повышая тем самым экспрессивный потенциал этого оборота и всего текста:



«Полицмейстер побагровел. - Ах, рракалии!.. Да ведь вожаки арестованы? - Арестованы. - Вчера отпороли хорошо? - Да, всыпали... - Ну, так какого же им черта нужно! Чего же им еще нужно? Какого же им рожна?» (А. С. Серафимович. Не ожидал).

У С. Скитальца рожон также употребляется в своеобразной мифологической «перекличке» с ведьмой:

У С. Скитальца рожон также употребляется в своеобразной мифологической «перекличке» с ведьмой:
«- - Рожна бы вам горячего! - пожелала Павлиха, проходя мимо и унося пустые тарелки. - Ведьма! - отпарировал Толстый» (Огарки).

Здесь рожон - раскаленный острый кол - своеобразный атрибут черта. Ср. бел. ні богу свеча ні чорту ражон.


У А. П. Чехова такая мифологическая «перекличка» для фразеологизма ни рожна вызвана всем контекстом и сюжетом рассказа «Беседа пьяного с трезвым чертом», построенном на образе черта, пришедшего в гости к бывшему чиновнику интендантского правления, отставному коллежскому секретарю Лахматову. Сам «черт или дьявол», ка!к он отрекомендовался хозяину, на вопрос последнего о роде его занятий отвечает: «Искушаем классных дам, подталкиваем юнцов стихи писать, заставляем пьяных купцов бить зеркала... В политику же, в литературу и в науку мы давно не вмешиваемся. Ни рожна мы в этом не смыслим...»


Ясно, что в этом и подобных употреблениях рожон со всей определенностью воспринимается именно как «черт».


Семантический анализ оборотов Какого рожна? На какой рожон? и ни рожна, следовательно, показывает, что они являются осколками соответствующих русских мифологических моделей. Если погрузиться в глубины русской диалектной речи, то легко увидеть, сколь разнообразна по лексическому составу каждая из этих трех моделей: Какого вихара? Какого ёлса?Каких тебе желвей надо? Какого паралика? Какое колотье?Какого праха? - не что иное, как диалектные синонимы общелитературного Какого черта? We менеё многочислен ряд подобных образований с местоимением кой: Кова еретика? Кои жолви! Кои жолви, кои у сови! Кой кляп? Кой кур! Кой нож, кой усов? Коя облива! Кой прах! Кой родимец! и др.


В чем причина столь «избыточного» употребления мифологических обозначений в соответствующих оборотах?


Оказывается, это языковые следы давно искорененных языческих пережитков и суеверий, в соответствии с которыми черти довольно точно распределялись по функциям, месту обитания и внешнему виду (Толстой 1974; 1976; Черепанова 1983; Мокиенко 1986). Такие выражения - рудимент того дифференцированного поклонения различным лесным, домовым, водяным и прочим духам, обращение к которым для суеверных жителей деревни имело вполне конкретный смысл и прагматическую направленность.


Вопрос «Какого черта тебе нужно?» буквально предполагал, что по соответствующей «табели о рангах» необходимо обратиться к нужному бесу. Так, к домовому обращались с просьбами охранять дом и его обитателей от болезней и других напастей. Поскольку считалось, что предметом его особых забот является скотина, то старались способствовать такому «попечительству», а рассерженного домового умилостивливали, оставляя пищу, наливая под верею (столб ворот) «святую воду», куря ладан и т. д. Лешего - «лесного хозяина» - задабривали, чтобы он не сбил путника с дороги и не занес куда-нибудь «к черту на кулички». Баенника - банного домового - упрашивали, чтобы он дал «легкого пару» и не мешал доброму мытью... За каждым из подобных наименований чертей стоит специализированный мифологический образ, лишь позднее подвергшийся фразеологическому обобщению.


Слово рожон в наших выражениях - не исключение. Его конкретное значение уже забылось. Однако «доискаться» до него помогает этимологический анализ. Он позволяет два разных значения - 'заостренный кол' и 'черт' - связать общим семантическим знаменателем, ибо слово рожон, по-видимому, образовано от корня рог- с помощью суффикса -ьпъ. При этом общеславянское слово в значении 'заостренный кол', 'вертел для поджаривания мяса', известное в формах *rožeň и *rožon (Kreja 1971), первоначально расшифровывалось как 'палка, похожая на острый рог' (ср. рус .рогатина 'суковатый кол', бел .рогач 'кол, рожон' и т. п.). Русский же диалектизм рожон 'черт' отталкивался от иной связи с рогом - 'имеющий рога, рогатое существо'


« Что подносят на блюдечке с голубой каемочкой?
» Греха таить или грех таить?