На боковую значение
rss

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites


Что такое на боковую

Прилагательное боковая в этом выражении давно уже стало существительным, т. е. субстантивировалось вроде слов столовая, пельменная, парикмахерская. Не случайно уже В. И. Даль в своем словаре особо выделял это слово, отмечая, что оно "более употребляется с предлогом на". Тем самым подчеркивалась его тесная привязка к этому предлогу, связанная со смысловой специализацией. В. И. Даль приводит и "типовые" констексгы оборота: Пообедав, да на боковую. На боковой-то тебе ладно. Характерно, что и в диалектных записях нашего времени сохраняются две основные ситуативные линии употребления фразеологизма на боковую: либо просто подчеркивается, что уже время, пора ложиться спать, либо - что спать пора после очень сытной пищи, которая "смаривает": "Завалиться что ль на боковую? Мертвая жара и спать хочецца; Уелись, а теперь на боковую" (пек. ПОС 2, 81); "Вечером грыбов с квасом науркаются (т.е . наедятся досыта. - В. М.) да и на боковую" (влад. СРНГ 20,249).

Именно в таких ситуациях употребляется наше выражение и в литературном языке, сохраняя тенденцию народно-речевого употребления:

"Эхма! Уж укачало тебя! На боковую просишься!" (М. Салтыков-Щедрин. Господа Головлевы); " Однако того... - сказал купец, выгибая спину и заводя руки за затылок. - Не пора лн на боковую" (Н. Успенский. Старуха); "Дядя зевнул и вынул часы. Ого! уж скоро одиннадцать!.. Пора и на боковую" (В. Вересаев. Без дороги); "Ну-с, вздохнул он, поели, наливки попили, а теперь на боковую" (А. Чехов. Жена); "Володька допил остатки вина, закусил капустой и отправился в палатку на боковую" (С. Крутилин. Липяги); "Давайте-ка на боковую. Утром разберемся, что к чему присоединяется" (Г. Троепольский. В камышах).

Для подавляющего большинства субстантивированных существительных легко реконструировать то существительное, которое они прежде определяли, будучи еще прилагательными. Так, горничная происходит из сочетания горничная девушка 'девушка, убирающая горницу', столовая - столовая комната, кладовая кладовая комната, парикмахерская - парикмахерская мастерская, первоначально 'место, где производят парики' (ср. нем. machen 'делать'). Даже там, где прямая реконструкция невозможна, мы довольно легко "додумываем" такое существительное. Ясно, что такие слова, как пельменная, блинная, чебуречная и т. п., например, образованы по модели столовая и потому к ним без натяжек подставляется слово комната (прежде - изба). Пожалуй, в таких случаях мы даже сталкиваемся с двойной субстантивацией: пельменная - это "пельменная столовая", т. е. столовая, специализирующая на изготовлении пельменей, и т. п.

Можем ли мы произвести такую же реконструкцию и для субстантивированного существительного боковая в нашем обороте?

Л. И. Ройзензон, дважды пытавшийся объяснить субстантивацию этого прилагательного, приходит к выводу, что установить ее истоки трудно, поскольку неизвестно, с каким существительным оно первоначально сочеталось. "Возможно, существительного вообще не было, пишет он, и мы здесь... имели дело с мнимой субстантивацией, когда прилагательное субстантивируется не в составе двучлена "прилагательное + существительное", а образовалось по существующей модели "ня + прилагательное"" (Ройзензон 1962, 24-25; 1977, 27).

Трудности реконструкции исходного сочетания такого оборота налицо: перед нами одна из фразеологических загадок типа бежать напропалую, идти на попятную, пойти на мировую и т. д., где уже трудно установить, что определяло соответствующее прилагательное. Опыт исторического анализа фразеологии, однако, показывает, что все они имеют достаточно реальный прототип или во всяком случае - конкретную синтаксическую и смысловую модель в народной речи, откуда они в большинстве своем и попали в литературный язык. Речевая стихия вообще - питательная среда таких эллиптических конструкций, ибо одна из характерных черт речи - экономия средств выражения, а следовательно, "выпадение в осадок" всего того, что понятно из ситуации или из опыта говорящих.

Происхождение оборота на боковую

Одним из свидетельств того, что оборот на боковую образовался из какого-либо сочетания с существительным, является записанный в народной речи вариант на боковину, где нашему прилагательному соответствует суффиксальное существительное: "Побузгаешь (т. е. попьешь. - В. М. )квасницу, да на боковину" (новосиб. - СРГНоб., 34). Как правило, наличие пары субстантивированное существительное - суффиксальное образование сигнализирует именно о "сочетаемостном" прототипе, ср.: кладовая комната кладовая, кладовка; столовая комната столовая, прост, столовка. Смысл поисков такого прототипа для нашего выражения, следовательно, есть. Быть может, другие языки могут подсказать путь этих поисков? Увы - тут такая "палочка-выручалочка" историка фразеологии не срабатывает. Выражение на боковую известно лишь украинскому и белорусскому языкам: укр. іти (піти) на бокову и їти (піти) на боковеньку, бел. (пайці) на баковую. Характерно при этом, что в украинском языке оборот не очень распространен: он зафиксирован в русско-украинском фразеологическом словаре (ОС, 364), мало представлен в украинской художественной литературе и неизвестен таким словарям народной речи, как словарь Б. Д. Гринченко или монументальное собрание западно-украинских пословиц и поговорок И. Франко, Все это может характеризовать украинское на бокову как русизм.

Белорусский же оборот имеет явно народные истоки. Он записан как известным собирателем пословиц И. И. Носовичем, так и современными диалектологами, а также широко употребляется в художественной литературе. Показательно, что в его употреблении с XIX в. доминируют те же две ситуативно-семантические линии, что и в употреблении русского на боковую (ГЛЯ, 181):

"Подъевши, да й на боковую" (Носович, 1874,29); "Пыра, знаць, ны быкавую, ці ня первый час" (Юрчанка 1974,104); "Спі... Паеу і - на бакавую. Так і ад вайны адвыкнеш" (В. Быкау. Трэцяя ракета); "Панду вось зараз на бакавую. Што рабіць у святую нядзелю?" (Я. Брыль. Ей мы не скажам).

В белорусском языке уточняемое бывшим прилагательным боковая слово также безвозвратно утеряно. Остается лишь более внимательно приглядеться к нашим народным говорам, где слово бок развивает необычайную активность.

Многочисленные диалектные словари дают богатый материал по сочетаемости прилагательного боковой с разными существительными. В них зафиксировано немало терминологических сочетаний типа пек. и арх. боковой растон, боковой ризец, боковая ропугиа, арх. боковые кнеки, брян. боковые лутки, боковые палки (билы в санях) и т. п. Они понятны лишь специалистам и требуют профессионального истолкования. Многие сочетания с прилагательным боковой понятны и без особых комментариев: пек. боковое окно, боковые вёсла, брян. боковые дощечки в бочке, арх. боковой (боковинный) двор. Любопытно, что народная речь с помощью этого слова "перетолковывает" и современные термины. В говоре деревни Акчим Пермской области, например, оно использовано для передачи футбольного термина бить угловой: "Потом она (команда противника) начала бить нам боковой".

Находим мы в народных говорах и скованные субстантивацией формы этого прилагательного. В архангельских говорах, например, слово боковая значит 'небольшое рубленое помещение в боковой части дома или рубленая пристройка, используемая для жилья зимой', 'горенка, часть избы, находящаяся по левую сторону связи', а в смоленских - 'пристроенная к одной стороне (боку) дома летняя комната', 'душник в печи' и 'боковая дверца в душнике'. Нельзя не упомянуть, что архангельцы употребляют и краткую форму этого слова бокова, что не отражается на его смысле.

Как и для нашего фразеологического оборота на боковую на боковину (новосиб.), и для слова боковая 'горенка в боковой части дома' и т. п. характерна перекличка с существительными суффиксального типа. Здесь их число несравненно больше: арх. боковуша 'небольшое рубленое помещение в боковой части дома или рубленая пристройка, используемая для жилья зимой', арх., олон., ниж., симб., ирк., боковушка 'небольшая боковая комната деревенского дома', вят,, костром., твер, тул., том. боковушка 'боковая пристройка к избе, сараю, амбару ит. п.', ворон, боковка 'чуланчик, пристроенный к боковой стороне избы для складывания скарба или продуктов', арх. боковик 'сарайчик, пристроенный к боковой стене у дома для помещения "избытка" домашнопо скота' или 'кухня или жилая пристройка за наружной стеной дома'. Здесь боковая легко допускает подстановку существительного комната, горница.

Быть может, именно на такую боковую комнату и намекали те, кто впервые употребил наше выражение? Тем более что некоторые из значений названных слов прямо указывают на связь со спальней, теплым местом для лежания: яросл. боковушка - это не просто боковая часть комнаты, но часть, "отгороженная перегородкой как спальня" (ЯОС 2,9), а прибайк. боковушка - 'небольшая комнатка за печкой' (СРГП I, 31). Ср. морд, боковушка 'занавеска на спинке кровати', верхнедои. бокова 'подушка', 'перина', вят. боковинка 'перильца по бокам детской кровати'.

Реконструкция для таких слов прототипа боковая комната, действительно, сомнений не вызывает. Однако признать это сочетание основой нашего оборота нельзя из-за "сопротивления" предлога на Ведь если бы речь действительно шла о комнате, то отправляться было бы надо не на боковую, а в боковую.

Поиски сочетания-прототипа, отвечающие и такому условию, приводят к нескольким словам, обозначающим именно место для лежания. В пермских и новосибирских говорах записан омоним уже известной нам севернорусской боковушки. Но слово это означает здесь уже не комнату, а лежанку на печи: "Мужик мой лежит на боковушке весь день" (СРГНоб, 34). Не правда ли, сочетание лежит на боковушке, употребляемое под Новосибирском, можно понять и как синоним нашему отправился на боковую?

В русской "печной" терминологии вообще корень бок- весьма активен; ср. урал. боковик 'боковая сторона русской печи', челяб. боковушка 'чугунная печь на четырех ножках, устанавливаемая сбоку пекарной печи для обогревания комнаты зимой', перм. боковина 'задняя часть печки', смол, боковка 'боковая задвижка в печи', брян. боковка 'отдушина в русской печи, где кладут вьюшки, закрывающие дымоход', арх. боковуха 'дверца, прикрывающая боковую трубу', ср.-урал. боковушка 'то же' и т. п. Характерно, что среди этих терминов находим и наше субстантивированное прилагательное: твер. боковая 'заслонка, задвижка у дымовой печной трубы, расположенная сбоку', прибайк. бокова 'задвижка у печи'.

Одна возможность расшифровки оборота на боковую, следовательно, 'отправиться на боковую сторону печи, на лежанку'. Не случайно в определений В. И. Даля к слову боковой употреблено и слово лежанка: "Боковая... отдых, лежанка, спанье, сон" (ДКІ, 268). Правда, лежанка здесь употреблено в значении 'лежание, лежка', но языковой опыт великого "собирателя слов" не случайно подсказал ему именно такое слово, которое ассоциировалось с самым излюбленным местом для отдыха у русских - печью. А точнее - не печью вообще, а ее боковой частью. Такая лежанка стала устойчивым символом уютного и праздного ничегонеделанья. "Валяюсь на лежанке и слушаю старые сказки да песни", пишет А. С. Пушкин П. А. Вяземскому 25 января 1825 г. Ясно, что поэт имел в виду не то, что он валяется на русской печи (которых в барских домах не было), а то, что он проводит время праздно (ср. лежать на печи и лежать на боку). Не случайно здесь и упоминание о народных сказках и песнях: в них печь и лежанка встречаются весьма часто. Характерно, что "лежачья" символика лежанки в народных сказках перекликается с одной из семантических линии выражения на боковую - 'уснуть после сытной еды': "Поужинал да на лежаночку забираетце старичёк" (Б. и Ю. Соколовы. Сказки).

Вторым таким местом в крестьянской избе были лавки. Если на печь обычно клали стариков и детей, то на лавках располагались остальные члены семьи вспомним русскую поговорку семеро по давкам, характеризующую многодетную семью. И неудивительно, что и для лавки в народной речи нашлось слово вроде новосибирской боковушки-лежанки. Псковская боковуха, например, это именно 'лавка, стоящая вдоль боковых стен избы, дома' (ПОС 2, 81). Слово это имеет и искомый нами "сочетательный" прототип боковая лавка: "Зауся да присять на ету лаку, збоку, бакавая лаука" (Невельский район, дер. Мелюхи - ПОС 2,81). Такое сочетание актуально не только для нашей народной речи, оно встречается и в литературном языке: "Насилу-то устроился! - торжествовал плотный господин в лисьей шубе, очистивший при содействии носильщика боковую лавочку" (Аникин. Накануне. - Сл. Грота Шахматова V, 34).

Неудивительно, что именно боковая лавка плавка вообще была выбрана народной речью в качестве символа "лежебочья". Издревле лавка и сои были словами-сопроводителями в самых разных речевых и литературных контекстах. Вот контексты из XV и XVII вв. (СРЯ XI XVII вв. VIII, 157-158): "Вдень воскресный пришелъ въ церковь велми пьянъ и заутреню началъ, а самъ въ олтаръ на лавицЪ и уснулъ" (1453 г.); "Шолъ яз государь с монастыря в воскресенье поутру рано и пришол на бор на лавочку и повалил се спать, на лавочки и уснул" (1649 г.). А вот аналогичные примеры из литературы прошлого века: "Присядь на лавочку, а подремать захочешь, привалишься на изголовье" (А. Островский. Комик XVII столетия); "Со слезами она и заснула, прикурнув на деревянной лавочке" (Д. Мамин- Сибиряк. Не мама). Да и в нашей речи лавочка и сон продолжают оставаться неразрывными, хотя представление о лавочках изменилось: из необходимого атрибута крестьянского дома они превратились в скамьи для отдыха в парках и дворах. И спать на такой лавочке стало намного зазорнее, чем на лавицах и лавках XV XIX вв.

Итак, прототип выражения на боковую как будто бы найден. Оно образовалось, следовательно, на базе словосочетаний боковая сторона русской печи (лежанка) и боковая лавка. Отпадение соответствующих существительных превратило прилагательное боковая в своеобразную семантическую окаменелость, самостоятельное значение которой не совсем ясно. Так - да не совсем так.


« Зачем городят огород?
» Изобретать велосипед значение