На все четыре стороны
rss

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites


На четыре стороны или на четыре ветра?

Выражение же о четырех ветрах имеет большую языковую «дальнобойность», чем на все четыре стороны. Оно известно как славянским, так и неславянским языкам: укр. на всі чотири вітри, на всі вітри, іди на десять вітрів, пігнав ся на іитири вітри, розігнав на гитири вітри; пол. iść zabierać się na cztery wiatry 'идти, убираться на четыре ветра'; нем. in aile vier Windę zerstreuen (букв, 'разбросать на все четыре ветра') 'рассеять на все четыре стороны, по всему свету', in aile Winde zerstreut sein (букв, 'быть рассеяным по всем ветрам') 'разъехаться кто куда', aus allen vier Winden (букв, 'из всех четырех ветров') 'отовсюду, со всех сторон'.


Любопытны комментарии источников, включающих в себя выражения о четырех ветрах. И. Франко подчеркивает разные моменты: то, что «четыре ветра» - древнейший символ всех возможных направлений, всего кругозора; что эти выражения характеризуют пустое поле, безлюдное, ненаселенное место, где ветры гуляют свободно; что число ветров может в этих выражениях колебаться - например, Іди на десять вітрів! отражает 10 различных сторон и направлений ветров. Польские и немецкие авторы подчеркивают заимствованный характер соответствующих выражений: они признают его библеизмом (NKPIII, 653; Rôhrich 1977,1152). Действительно, в Книге пророка Захарии (2,6) это выражение встречается: «Эй, эй! бегите из северной страны, говорит Господь: и по четырем ветрам небесным Я рассеял вас, говорит Господь».


Смысл библейского выражения рассеять по четырем ветрам небесным во многом совпадает с известными нам на четыре ветра; на четыре стороны, укр. и бел. па усе чатыры бакі, на всі чотири бдкі. Однако бесспорно и их различие. Во-первых, в библейской фразе ветер понимается почти буквально, как рассеивающая что-либо или кого-либо стихия, а в наших оборотах акцент полностью смещен на направление движения. Во-вторых, глагол рассеять цепко прикреплен к «ветровому» значению, он отражает активную направленность действия на объект. В наших же выражениях, как мы видели по многочисленным контекстам, глаголы характеризуют движущийся субъект, его самостоятельное, «вольное» перемещение в пространстве. Кроме того, русские стороны и украинские или белорусские бокі и бакі никак не укладываются в логику библейской фразы.


Вот почему, оставляя открытым вопрос о происхождении оборота на все четыре ветра (он мог быть совмещением исконного выражения о четырех ветрах и библейской фразы), можно признать исконно русский (resp. восточнославянский) статус оборота па все четыре стороны. Это выражение фольклорное, на что указывают его многочисленные употребления в сказках, где родители, провожая сына «на все четыре стороны», благословляют и наставляют его. О народном колорите свидетельствуют и стилистика употребления оборота, и его числовая символика.


пчеловодство

В народном сознании четыре - «полное число»: это и стан колес, и стан подков у лошади, и стан животного. Само слово стан в народной речи имеет и обобщающее значение 'туловище, тело в совокупности его членов', и 'полное число, т. е. четыре'. Символика полноты, завершенности отражается во многих материальных и духовных понятиях: четыре угла дома, четыре стены в избе, четыре страны света, четыре стихии древних, четыре евангелиста и т. п. Отсюда такие пословицы, как Без четырех углов изба не рубится, Четыре стены на четыре стороны, Конь о четырех ногах, да спотыкается, Четыре страны света па четырех морях положены.


Разумеется, символика полноты и совершенства характерна не только для русского или славянского восприятия числа 4. Оно, как считают мифологи, уже в праисторические времена символизировало нечто осязаемое, доступное органам чувств, целостное. Благодаря символике креста (известной отнюдь не одному христианству) это число закрепило ассоциации с полнотой, целостностью, самодостаточностью. «Крещеньем» меридиана с параллелью земля делится на четыре части. Многие народы делят мир на четыре части света, месяцы - на четыре лунные фазы, год - на четыре сезона, материю - на четыре стихии, психические свойства человека - на четыре темперамента. Эта символика пронизывает, естественно, и многие религии. Например, в христианстве можно найти длинную вереницу этого символизма: четыре ангела уничтожения стоят на четырех углах земли, откуда дуют четыре ветра; четыре реки, истекающие из рая и наводняющие и ограничивающие существующий мир; небесный Иерусалим, располагающийся на четырех углах; и т. п. (Chevalier, Gheerbrant 1987, 87-89).


Вот одно из самых ярких по концентрации такой символики место Библии - Книга пророка Иезекиля, написанная около 593 г. до н.э.:



«И я видел, и вот, бурный ветер шел от севера, великое облако и клубящийся огонь, и сияние вокруг него, а из средины свет пламени из средины огня; и из средины его видно было подобие четырех животных, - таков был вид их: облик их был, как у человека; и у каждого четыре лица, и у каждого из них четыре крыла; а ноги их - ноги прямые... И руки человеческие были под крыльями их, иа четырех сторонах их... И смотрел я на животных, и вот, на земле подле этих животных по одному колесу перед четырьмя лицами их... Когда они шли, шли на четыре свои стороны; во время шествия не оборачивались. А ободья их - высоки и страшны были они; ободья их у всех четырех вокруг полны были глаз» (Иезекиль I, 5).

Ужасающее зрелище, не правда ли?


Толкователи Библии усматривают в нем символ подвижности и вездесущести бога Яхве, который не привязан лишь к иерусалимскому храму Божию, но присутствует всюду, где находятся в изгнании верующие в него.


Четыре и здесь - абсолютная «полносторонность», всеохватность, вездесущность. Как и наши народные «все четыре стороны». Неслучайно и эти ветхозаветные «четырехколесные» животные «шли на четыре свои стороны» не оборачиваясь.


Текст из Библии показывает, что «четыре свои стороны» Иезекиля и «все четыре стороны» русских сказок связаны единой символической цепочкой. Цепочкой мифологического универсализма.


Наше выражение отражает хотя и бытовое, но вполне естественнонаучное миросозерцание русского народа, делящего, как и другие народы, все окружающее его «световое» пространство на четыре - все четыре! - стороны. При этом некогда доминирующим был ориентир восток - запад, т. е. направление восхода и захода солнца, а привычная сейчас ориентация север - юг была вторичной: не случайно сами слова ориентация, ориентир и т. п. восходят к лат. oriens (род. п. orientis) 'восток'.


Подобные «пространственные расчетверения» характерны и для фольклора других народов - например, французское выражение aller par quatre chemins 'идти по четырем дорогам' возникло на основе древнего обычая франков при освобождении раба ставить его на перекрестке, ведущем на четыре стороны света, и провожать его словами: «Пусть будет свободен и идет, куда желает» (Михельсон 1901-1902 I, 591).


В обобщенном значении четыре стороны - это весь открытый мир, божий свет, вольная ширь, к которой русский народ искони испытывает особое чувство. Оно-то и запечатлелось в выражении на все четыре стороны.


« На каком носу зарубка?
» Зачем валить колоду через пень!