Ни зги не видно
rss

Twitter Delicious Facebook Digg Stumbleupon Favorites


Какой зги не видно?

Лингвистический метод анализа и приведенные собственно языковые факты, пожалуй, такого выбора сделать не позволяют. Можно лишь попытаться апеллировать к чисто филологической интуиции, которая, конечно же, во многом подпитывается субъективными, индивидуально-языковыми ассоциациями. Как и носители языка; писатели и поэты употребляют наше выражение по-разному. У многих оно полностью отвлечено от внутренней его формы и служит прямой, хотя и весьма экспрессивной характеристикой абсолютной темноты, что отражается во многих контекстах, зарегистрированных словарями:

"Ночь была теплая, темная, такая, что ни зги не видать" (Гончаров. Фрегат Паллада); "Куда ты ведешь нас? Не видно ни зги" (Рылеев. Иван Сусанин); "А ночь была темная, зги не видать, хоть не пищи вовсе" (Чехов. Степь); "Казалось, все было в порядке, как следует, то есть снег валил еще сильнее, крупнее и гуще, на расстоянии двадцати шагов не было видно ни зги" (Ф. Достоевский. Двойник); "Ночь - ни зги, ветер, метель, улицы занесло по самые заборы" (Авдеев. Порядок жизни); "На всем громадном и диком пространстве Куликова поля не было видно ни зги" (В. Катаев. Белеет парус одинокий); "Далеко на Чукотке снега... Безмолвные, они многое скажут пытливому человеку... А когда подует южак, за серой пряжей - ни зги, разве тускло сверкнет бледно-желтое солнце" (А.Пряшников. Кауль и Малыш); "На лестнице было черным-темно - ни зги" (В. Панова. Володя); "Летим, швыряет нас в потемках, ни зги, а я ее лицо вижу" (Г. Горыш. Запонь).

Не случайно поэтому в большинстве словарей дается обобщенная дефиниция этого "окостеневшего" по внутренней форме оборота. Так, недавно вышедший учебный русско-французский фразеологический словарь А. А. Молоткова и M.-Л. Жост определяет нашу идиому так: "Absolument rien (не видно, не видать); goutte; que couic (pop.) Abituellement à cause du mauvais temps (forte chute de neige, pluie, brouillard) ou de l'obscurité" - "Абсолютно ничего (не видно, не видать)\ goutte; que couic (народа.). Обычно из-за плохой погоды (сильного снегопада, дождя, тумана) или темноты" (Молотков, Жост2001,134).

Но немало и таких художников слова, которых загадка фразеологической зги волнует не меньше этимологов. Анализ именно таких употреблениях слова зга представила слушателям фразеологического семинара нашего филологического факультета 11 февраля 1997 г. Л. В. Зубова (см.: Зубова 1999; 2000, 128-129). Оказалось, что всего лишь один из множества приведенных текстов укладывается однозначно в прокрустово ложе традиционной расшифровки зги как 'дороги; тропы':

А жизнь это, братие, узкая зга. - И се ты глядишь на улыбку врага, меж тем, как уж кровью червонить снега. В снега оседая, в снега.(Лосев)

Некоторые из этих контекстов семантически довольно диффуз-ны, ио тем не менее, дают мало оснований для традиционной интерпретации, более тяготея к "искровой", нежели к "дорожной" семантике:

Ни зги в глазах. Шарахаются бабы, но поздно! Кот, на шею сев, как дьявол бьется, озверев, рвет тело, жилы отворяет, когтями кости вырывает... О, Боже, Боже, как нелеп! Сбесился он или ослеп\(Заболоцкий)

"Искровая" же семантика в поэтических контекстах, цитируемых Л.В. Зубовой, эксплицируется весьма часто и довольно определенно:

То ль не зга,

Толь не жгонъ,

То ль не молодец-огонь

То ль незарь,

То ль не взлом,

То ль не жар-костёр - да в дом!

(Цветаева)

Подобного рода семантические трансформации выражения ни зги не видно можно встретить и у других писателей и поэтов (ср,: Дубинский 1973, 18-19). Они симптоматичны и для постижения его внутреннего (resp. этимологического) смысла. Пожалуй, именно тяготение "поэтической" логики к расшифровке фразеологической зги как 'искра', 'огонек' и склоняет чашу этимологических весов в сторону соответствующей гипотезы. Склоняет, но окончательно не перевешивает ее: зга 'тропа; дорога' и зга 'ветка; прут', как мы видели, в какой-то мере также сохраняют свою лингвистическую весомость. Тем более, что по наблюдениям Л. В. Зубовой в поэтических текстах "чаще всего слово зга наполняется значением 'смерть' с признаками и мрака, и света, что соответствует как общекультурным символам, так и рассказам людей после реанимации" (Зубова 1999, 219).

Языковые факты, как видим, приводят к констатации некоторой неопределенности окончательного историко-этимологического диагноза старой русской идиомы. Такой диагноз, четверть века назад сдержанно поставленный Ю. В. Откупщиковым на семинаре, может, конечно, и сейчас разочаровать любителей простых и однозначных решений. Его объективность, однако, целительна, поскольку за однозначными решениями нередко кроется псевдонаучная самоуверенность, в то время как признание их неоднозначными стимулирует дальнейшие разыскания.


« В какой просак попал простак?
» Кто держит камень за пазухой?